ИСТОРИЧЕСКАЯ ФАНТАСТИКА

Лайон Спрэг де Камп «Да не опустится Тьма!»

Отчасти роман о приключениях американского археолога Мартина Пэдуэя, который из Италии времен Муссолини перенесся во времена готского владычества, навеян классической хронооперой Марка Твена. Однако по сути это уже настоящая альтернативная история, хоть и решенная в ироническом ключе. В отличие от героя Твена, Пэдуэю удалось повернуть колесо Истории в иную сторону. Прогресс восторжествовал — Тьма так и не наступит?

Филип К. Дик «Человек в высоком замке»

Великолепный образчик серьезной и драматической альтернативной истории — без попытки состряпать легкую развлекательную авантюру. Дику удалось создать очень достоверный мир, где Германия и Япония выиграли Вторую мировую войну. Однако АИ автор не ограничился — у романа есть и метафизическая подоплека, связанная с любимой темой Дика о нереальности окружающей человека действительности. Вот откуда у «Матрицы» ноги растут!

Андрей Валентинов «Око Силы»

Сам термин «криптоистория» появился благодаря творчеству Валентинова — конкретно циклу «Око Силы» (впрочем, на Западе направление «тайной истории» существовало давно). Цикл — масштабное, хоть и несколько наивное полотно, где с иных ракурсов рассматривается наша история на протяжении многих десятилетий. Оказывается, любимые вожди советского народа были… тссс… черт-знает-кто! И вообще, все не то, чем кажется!

Кэтрин Куртц, цикл о Дерини

Самая проработанная и детализированная фэнтезийная псевдоисторическая эпопея с особым упором на теологические и нравственно-психологические проблемы. Куртц даже написала несколько «исторических» трудов о различных аспектах жизни дерини — людей, одаренных паранормальными способностями. Однако повышенное внимание автора к стилизации текста под тяжеловесную староанглийскую литературу не позволило циклу обрести массовую популярность.

Вера Камша «Хроники Арции»

Первые романы цикла — громоздкое и неуклюжее подражание Перумову. Однако, начиная с третьего тома, Камша сменила вектор в сторону псевдоисторической фантазии, взяв за основу период английской Войны Роз и творчество Джорджа Мартина. И цикл зажил заново, благодаря галерее ярко прописанных персонажей. Ныне Вера Камша — один из немногих отечественных авторов, сочиняющих книги на уровне лучших мировых образцов.

Сюзанна Кларк «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл»

Кларк нарисовала удивительно достоверный образ магической Англии начала 19 века. Книгу можно с полным правом назвать исторической — вот только история здесь подразумевается не реальная, а «литературная». Фактически, роман — идеальная стилизация под английскую классическую литературу. Как будто Кларк не сочинила его сама, а получила рукопись прямиком из параллельного мира, где все эти события происходили в действительности.

«ТЁМНАЯ» ФАНТАСТИКА

Говард Филлипс Лавкрафт, рассказы

В начале 20 века официальная наука утверждала, что жизнь на планете существует уже многие миллиарды лет, предполагая также, что за пределами Земли лежат неведомые космические пространства. Все эти бездны времен и расстояний пугали — и Лавкрафт сумел выразить эти страхи. Но, что важнее, писатель создал для своих произведений единый мифологический фон. Его повести, в должной пропорции смешивающие сказанное и скрытое, по сей день будоражат воображение читателей.

Энн Райс «Интервью с вампиром»

Роман, открывший очень популярную серию, ставшую эталоном «вампирской» фантастики. Райс с совершенно новой стороны взглянула на привычный образ кровососа-упыря — естественного врага человека. Вампиры в ее книгах — существа страдающие, они лишь зеркало, отображающее человеческие достоинства и недостатки. Роман положил начало океану схожих по тематике книг о рафинированных кровососущих эстетах.

Стивен Кинг «Кэрри»

Дебютный роман Кинга — не лучшая его книга. Он сам называет «Кэрри» ученической ерундой, и во многом прав. Однако именно этот роман: а) открыл миру будущего властелина ужасного жанра, б) заложил многие магистральные темы его творчества, в) оказался первым кирпичиком в арене провинциальной Америки, где разворачивается действие почти всех книг Кинга, и г) стал во многом новаторским, сделав упор на психологию героев «ужасных» историй.

Стивен Кинг «Тёмная башня»

Кинг считает цикл «Тёмная башня» вершиной и квинтэссенцией своего творчества. Ему не только удалось свести воедино образы и сюжеты многих своих книг, но и создать великолепный гибрид хоррора и классической фэнтезийной эпопеи, насыщенный многочисленными отсылками к мифологическим и историческим архетипам. К тому же, всегда уделяющий разработке характеров персонажей особое внимание, здесь Кинг просто превзошел себя.

Клайв Баркер «Книги крови»

Сплаттерпанк — очень много крови, которая брызжет живописными фонтанами, а насилие показано с кинематографической точностью и эстетской изощренностью. Баркер настолько талантлив, что самые кошмарные его придумки выглядят абсолютно реалистично. «Книги крови» гениальны, но читать их нервным, малолетним и беременным не рекомендуется. Короче, если хотите сохранить рассудок, держитесь подальше от Гримпенской трясины баркеровского таланта!

* * *

Артур Конан Дойл «Затерянный мир»

Самый знаменитый вклад основоположника классического детектива в фантастику. Не то чтобы Дойл был первопроходцем в области «альтернативной географии», однако именно ему удалось придумать самую захватывающую историю о путешествии горстки смельчаков, которые нашли неизведанную землю, где чудом сохранились доисторические зверушки. Роман вызвал невероятную лавину подражаний, фактически превратившись в архетип, что бывает крайне редко.

Мервин Пик «Горменгаст»

Причудливая трилогия, решительно выламывающаяся из любых рамок и определений. Смесь Диккенса и Кафки, фантасмагория, гротеск, притча — и все это написано изысканным стилем. История гигантского замка и одного из его обитателей стала вехой в фантастической литературе. У Пика не было последователей, потому что он одновременно открыл и закрыл тему: можно позаимствовать в «Горменгасте» те или иные образы, однако стиль автора имитировать невозможно.

Филип Хосе Фармер «Любовники»

Секс в фантастике долгое время был под негласным запретом. Первым, кто нарушил его, стал великий эпатажник Фармер. Его повесть «Любовники», позже переписанная в роман «Грех межзвездный», естественно, не порнография. Но затронутые автором проблемы инопланетной биологии и весьма необычного, если не сказать извращенного, секса были для НФ пятидесятых годов вещью абсолютно новаторской.

Пол Андерсон «Патруль Времени»

Серия Андерсона — приключенческая фантастика, но авантюра здесь не самоцель, а лишь средство задуматься над серьезными проблемами. Концепция специальной секретной службы, которая предотвращает несанкционированное вмешательство в ход истории, дабы избежать глобальной временной катастрофы, породила легион подражателей. Справедливости ради уточним: «полицию времени» придумал все же не Андерсон, а Бим Пайпер.

Майкл Муркок, цикл о Мультивселенной

Суперсерия, не имеющая аналогов в мировой фантастике. Муркок разработал концепцию Мультивселенной, где сосуществуют множество параллельных миров. Книги мегацикла написаны в разных жанрах — НФ, фэнтези, альтернативная история, даже реалистическая проза. Герои свободно мигрируют из романа в роман, в итоге образуя невероятное полифоническое полотно. Особенно значителен вклад Муркока в героическое фэнтези.

Филипп Хосе Фармер «Мир Реки»

Один из самых необычных фантастических миров, где на берегах гигантской Реки неведомые существа (инопланетяне, боги?) с непонятными целями воскресили всех людей, когда-либо живших на Земле. Ни больше — ни меньше! Особо пытливые воскрешенные отправляются в невероятное путешествие к истокам Реки за ответом: зачем все это? С одной стороны — оригинальная авантюрная фантастика, с другой — философская история поиска смысла жизни.

Михаил Булгаков «Мастер и Маргарита»

Многоплановый философский роман, который был напечатан через много лет после смерти автора, произведя эффект разорвавшейся бомбы. Книга долго считалась знаменем советской интеллигенции. Жанр трудно определить, однако ныне он замечательно вписывается в рамки современного «магического реализма» — искусственного направления, придуманного критиками для облагораживания «низменной» фантастики.

Габриэль Гарсиа Маркес «Сто лет одиночества»

Отнюдь не Маркес изобрел латиноамериканский магический реализм, однако именно он написал программный роман этого направления. История вымышленного города Макондо тесно переплетена с историей Колумбии, а во вполне реалистичный фон вплетены фантастические события. И все это — в насыщенном символикой и яркими образами романе, который с одинаковым удовольствием читают и заядлые фанаты, и ортодоксальные «реалисты».

Питер Бигль «Последний единорог»

Эпичность «Властелина Колец» сыграла с фэнтези злую шутку: многочисленные продолжатели ринулись копировать «букву», напрочь позабыв о «духе». Бигль влил новое вино в старые мехи: он создал камерную и хрупкую вещь, в которой как раз и присутствует настоящее волшебство. Живая и мудрая сказка поражает читателей в самое сердце вот уже сорок лет подряд. Недавно Бигль написал небольшую повесть-продолжение «Два сердца» — и магия не умерла!

Джин Вулф, цикл о Новом солнце

Гремучая смесь фэнтези, мистики, НФ и еще один-Вулф-ведает-чего заставляет читателей до сих пор спорить о смысле тех или иных событий тетралогии. Книга для интеллектуалов? Нет — Вулф умеет и любит выстраивать динамичный сюжет. Однако крепких сюжетников в фантастике пруд пруди, а людей, обладающих таким богатым воображением, единицы — за что Вулфа и ценим. Правда, последующие книги Брийской эпопеи порядком уступают начальному циклу.

Чарльз де Линт, цикл «Легенды Ньюфорда»

Самый внушительный цикл «повседневного фэнтези» — волшебных историй, действие которых происходит в современном мире. Среди многочисленных романов и рассказов нашлось место для разных литературных направлений: городская сказка, триллер, психологическая драма, любовная история. Некоторые книги де Линта выглядят излишне романтично, даже наивно. Впрочем, с каких пор духовная поэзия превратилась в порок?

Уильям Гибсон, Брюс Стерлинг «Машина различий»

«Отцы-основатели» киберпанка однажды решили позабавиться, написав своеобразную альтернативную историю, где англичанин Чарльз Бэббидж смог построить паровой «компьютер» еще в начале 19 века. При создании книги авторы использовали некоторые приметы киберпанка — немудрено, что их роман вскоре обрел ярлык «стимпанк», породив новое направление. А уж потом появился целый ворох других «панков». Неплохо пошутили…

Майкл Суэнвик «Дочь железного дракона»

Границы жанров для того и существуют, чтобы их стирать. Этот тезис не нов, однако мало кто совершал действительно революционные и успешные «попытки к бегству». В «Дочери…» Суэнвик сумел соединить, казалось бы, несоединимое: фэнтези и футурологический роман с элементами кибер- и стимпанка. Что еще важнее — такое соединение выглядит вполне естественным. Добавьте к этому увлекательный сюжет и изысканный стиль — и получите настоящий шедевр.

Роберт Шей, Роберт А. Уилсон «Иллюминатус!»

У нас цикл потерялся в волне последышей «Кода да Винчи». Между тем он считается самым значительным произведением фантастической конспирологии — его сравнивают даже с «Дюной»! Авторам удалось создать многомерный мир с большим количеством мастерски переплетенных сюжетных линий. Таинственное общество иллюминатов много веков осуществляет главный Заговор — впрочем, авторы довольно ироничны по отношению к массовой истерии на эту тему.

   Сергей Лукьяненко “Дозоры”
Некоторые из людей  рождаются Иными — со способностями к магии. (Слово «люди», строго говоря, неправильно, потому что Иные не относят себя к людям). Они могут входить в Сумрак — магический мир, недоступный обычным людям. Могущество Иных огромно — они не знают болезней, могут остановить своё старение, подчинять себе обычных людей.

Стимпанк: книги. 10 лучших и главных
Стимпанк — жанр фантастики о ретро-технологиях в духе XIX — начала XX века.
Особенности: альтернативное развитие мира, использование паровых технологий, металических механизмов, часто используется магия как практическая наука)
Уильям Гибсон, Брюс Стерлинг
«Машина различий»

«Программная книга» стимпанка. Двое знаменитых авторов сочинили роман об альтернативной Англии XIX века, используя приёмы придуманного ими ранее киберпанка. Мастерски показан мир, который возник после того, как была создана «машина различий» Чарльза Бэббиджа — своеобразная версия компьютера. Сильная сторона романа — именно в красочных деталях придуманного мира, где информационная революция произошла раньше промышленной. Также стоит отметить высокое литературное мастерство соавторов. Правда, форма здесь явно преобладает над содержанием — сюжет получился не слишком сильным. Тем не менее роман послужил примером для множества последователей.